Псих-консультант (ya_schizotypic) wrote,
Псих-консультант
ya_schizotypic

Новый год 2016/2017



Как ни пытался я абстрагироваться от этого тренда, сегодня мать смогла меня выцепить и начать разговор о «празднике». О том, что будет приготовлено, о том, будет ли К. отмечать с нами, о том, где я собираюсь отмечать.

А я не собираюсь. Нет, я понимаю, что со стороны это может выглядеть как ситуация в известном анекдоте о том, что женщина бежала за мужчиной три квартала, чтобы сказать, что он ей безразличен, но реально задолбали.

Я понимаю и осознаю, что дело не в окружающих людях, а во мне, что это не они такие навязчивые, а я чрезмерно чувствителен, что где-то глубоко внутри меня сидит обиженный и завистливый ребёнок, который наблюдает за чужим счастьем и, чтобы не чувствовать свою потерю, злится на празднующих, это всё понятно.

Понятно, когда я диссоциирую и смотрю на ситуацию с позиции Шизоида. Но в остальных режимах это вызывает негодование. Да, мне не пофиг, я ненавижу Новый год. Как и остальные праздники.

Почему?

Потому, что идентификация с агрессором. Мой отец тоже ненавидел праздники. На НГ, ДР и прочие любимые народом даты он становился маниакальным и злым: он орал на мать, она пряталась в ванной, а он выбивал дверь, а потом с шумом разбивал её в щепки о стену. Мать визжала, а он отбивал бит рукой по стене, после чего либо рука оказывалась сломанной, либо стена, либо и то, и другое. И мне казалось, что, если я тоже буду ненавидеть праздники, они никогда не наступят.

А я что? А я лежал в своей кроватке и старался не быть. Я знал, что в такой ситуации он может убить. И я не хотел, чтобы он убил меня.

А потом они начинали уборку. Надо ведь убрать разбитое, расколотое, забрызганное. С тех пор я ненавижу и уборку тоже. Мне реально плохо становится, когда кто-то берётся за швабру или пылесос. Физически. До мурашек по коже.

Но мать была воспитана иначе и она пыталась привить любовь к праздникам. С каким-то мертвым лицом она подходила ко мне и проговаривала стандартные шаблонные поздравления. Мне казалось, она не видит меня, не замечает, ей был важен лишь ритуал, но взамен она требовала от меня искренней радости, и когда я не давал ей оной, уходила, обиженная и побитая. Я до сих пор не знаю, что сильнее ранило её — моя нечувствительность и неотзывчивость или эти скандалы с отцом.

В моей семье праздник начинался примерно за неделю до предполагаемой даты. Все начинали вести себя очень осторожно, тихо, незаметно, чтобы, не дай Санта-Мороз, не дать повода отцу для взрыва. Эта стратегия неизменно проваливалась. Когда всё было идеально, он загружал нас в автомобиль и мы ехали к его родителям: матери — истеро-возбудимой психопатке и отцу, у которого лично я подозревая простую шизофрению.

Естественно, там всегда что-нибудь случалось, и отец начинал всё крушить. А две матери — его и моя — визжать: одна с причитаниями и картинными сценками, имитирующими инфаркт, а вторая — протяжно и заунывно, голосом замерзающей унылой какашки.

Но хуже всего то, что часто поводом для скандала был я. Объявлялся некий тезис со стороны бабушки, например, «Виталику холодно». Отец объявлял контр-тезис, соответственно о том, что мне жарко. После этого они начинали орать друг на друга. В какой-то момент отец обращался ко мне за поддержкой, спрашивая о том, жарко ли мне (это лишь один пример, но схема всегда была одинаковой).

А я не знал. Мне не было жарко. Мне не было холодно. Мне было похуй на температуру, я был готов пройти все преисподние — холодные и горячие, лишь бы всё это закончилось. Но оно не заканчивалось. Отец срывался уже на меня, а бабушка начинала меня защищать, называя этим жутким словом: «моя».

Моя. Половина детства прошла под этим названием. Моя. Нет, сука, не мой, а именно моя. Что только я не пытался сделать, чтобы мне не подрывали гендерную идентичность, и без того слабую: и плакал, и жаловался родителям, и не отзывался, и бросался с вилами — бесполезно. Меня всегда останавливали, скручивали и… успокаивали. «Чего ты так разволновалась, моя?!»

Праздники… Праздники означают подарки. Я ненавижу подарки. И дарить, и получать. С дарением — понятно: жадность. А получение… Отношение к нему — тоже вынесено из прекрасного детства.
Мне довольно рано начали дарить деньги. До этого дарили либо игрушки, которые мне не были интересны, либо обещания подарить самую клёвую и зачипатую игрушку.

Последнее — чаще.

Деньги мне дарили интересным образом: мне давали весьма крупные для ребёнка суммы, сопоставимые с зарплатой взрослого человека. Как правило, мне дарила их бабушка. И лезла целоваться, произнося зловонными засаленными губами: «С днём рождения, моя!».
Но деньги нельзя было тратить. Это было забавным семейным ритуалом: мне дарили деньги, а после этого следовала долгая тирада о том, что мы скоро умрём с голоду, что нам будет нечего есть, а бандиты перебьют нас за долги.

Естественно, после такого я не смел их тратить. Я хотел их отдать родителям, чтобы внести свой посильный вклад в дырявый семейный бюджет, но… они изображали благородство и говорили: «Это твои деньги, трать их, куда захочешь».

А потом, через несколько дней, приходили и просили «занять». Естественно, никогда не возвращая. Так я стал семейным банком. Ответственность без возможностей.

Однажды я позвал домой одноклассника. Не знаю, что со мной случилось, но факт остаётся фактом: он пришёл ко мне. А потом — пропали «подаренные» мне деньги. Тут же разразился скандал на тему того, что я тащу домой всякую шваль, и вообще веду себя безответственно, ведь эти деньги должны были пойти на ремонт автомобиля, покупку продуктов и прочее. В следующий раз я решился кого-то привести домой только на третьем курсе.

За подарки нужно платить. Мне всегда напоминали о сделанных подарках, когда я чему-то сопротивлялся. Не хочешь мыть посуду? Мы тебе столько денег дарим, а ты — не хочешь… Подарок делает тебя обязанным, он вгоняет тебя в неопределённое долженствование, которое сложно прекратить, ибо неясно, сколько конкретно ты должен.

Атмосфера праздника… Ах, эта прекрасная атмосфера безнадёжности, агрессии и вины. Вины за то, что опять родители поругались из-за меня. Вины перед отцом за то, что ему приходится терпеть недочеловека — мою мать. Вины перед матерью за то, что ей приходится бояться моего отца.

Я отдаю себе отчёт в том, что это мои личные заморочки, которые вовсе не обязательно должны касаться других людей. Сейчас, когда мне 30, я уже не испытываю желания заехать по лицу каждому, кто поздравил меня с НГ или ДР. Я осознаю, что люди не вкладывают в эти поздравления тот смысл, который вижу я, нет.

Я дошёл до такой стадии просветления, что готов даже сказать спасибо за поздравление: я понимаю, что сторонний человек не виноват, да и вообще желал мне добра, что само по себе уже похвально.

Но мать… Какого хрена, мама, ты это делаешь? Ты же была там, ты всё видела!
Я не могу ни праздновать, ни поздравлять. Просто технически не способен. Поэтому, да, меня напрягает эта тема. Настолько, что я не поленился написать этот пост.

С Наступающим тех, для кого это приемлемо, и << >> — для таких же, как я! Вас не заметят. Вас не существует. Вам удалось скрыться. Небытия вам, братья и сёстры!




   
Tags: Личный опыт, Нытьё, Шиза
Subscribe
promo ya_schizotypic august 12, 2016 16:22 25
Buy for 10 tokens
… или пост-прейскурант. Вот я и восстановился до того уровня, когда я могу его написать. Кратко, суть поста: предлагаю услуги психоконсультанта. О том, как именно происходит работа со мной, написано в отдельном посте. Всё-таки препараты, поддержка К., психотерапия и постоянные самокопания…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 20 comments