Псих-консультант (ya_schizotypic) wrote,
Псих-консультант
ya_schizotypic

Об одной важной ошибке

Грустный и поучительный пост. Грустный для меня, поучительный для читателей (очень хочется верить в то, что он убережёт кого-нибудь от повторения моих ошибок).

Если кратко, то суть можно выразить в четырёх словах: я напрасно бросил нейролептики.

Как всё началось

Некоторое время назад я опубликовал весьма самонадеянный пост о том, что я перестал принимать антипсихотики, больше в них не нуждаюсь, и вообще «шиза прошла».

Первое время после отмены препаратов (в то время это был амисульприд в «детской» дозировке 50 мг./сут.) я почувствовал себя гораздо лучше. У меня возросла обучаемость (я на этой волне Гарретта осилил и начал воспринимать Мак-Вильямс в лекционном формате), мне стало проще работать с клиентами, появилось желание что-то делать, возникло некоторое количество задумок и проектов — начиная с поиска новых сфер заработка и заканчивая какими-то изменениями трека профессионального развития в сфере мозгоправства.

Мне стало легче думать, мысли потекли плавно и приятно, появилась прикольная фича — идеи и решения как бы приходили из ниоткуда, не требуя волевых усилий и долгих обдумывания — достаточно было просто взять некий вопрос или проблему в фокус собственного внимания, и вот оно — решение: само, безо всякой работы с моей стороны, легко и быстро.

Мне это откровенно нравилось, я испытывал полный восторг: ещё бы, это лучше, чем было когда-либо до болезни. Сейчас я осознаю, что это был первый тревожный звоночек, который, по-хорошему, должен был заставить задуматься, но то, что я могу достаточно легко отследить в своих клиентах, ускользнуло от моего критического взора, находясь у меня внутри. То, что легко заметить в другом человеке, становится незаметным, рождаясь в тебе самом.

Я всегда и всем говорил, что ментальное здоровье — крайне мутная область, и не только потому, что сам предмет очень сложен, но и потому, что часто болезнь как бы маскируется, «борется за своё существование», по меткому выражению Янга.

Без ложной скромности, я умею увидеть этот момент в других, не потерял этого навыка и без нейролептиков, но не смог отследить опасные изменения внутри себя. Интроспекция — довольно ограниченная штука, и, к великому моему сожалению, иногда требуется кто-то внешний, кто сможет оценить моё состояние и скорректировать лечение. Не потому, что я недостаточно умею в психиатрию (для самого себя у меня навыков, вроде, хватает), а просто потому, что нужен кто-то, кто не я.

Собственно, всё было хорошо, продуктивность росла, решения сами приходили в голову, ушла тревога (всё лето я искал себе небензодиазепиновый анксиолитик, перепробовал некоторое количество препаратов, но ни один не устроил по итоговому соотношению эффекта и побочек). Тревога ушла совсем. Алпразолам лежал нетронутый, поиски противотревожного перестали быть актуальной задачей.

Но на фоне всей это благодати возникла одна маленькая проблемка. Совсем крошечная. Я делал разбор «доказательств» эффективности гомеопатии, и в процессе точно так же, как и все мои решения, как и тексты, как и рисунки, стихи — точно так же, сама по себе, родилась простая мысль, деструктивный заряд которой я как-то не оценил: «А что, если исследования, на которых строит свои выводы Шталь и другие корифеи, исследования, которые лежат в основе моих собственных профессиональных представлений, тоже врут»?

Казалось бы, что в этом плохого? Научный метод вообще поощряет всякое сомнение, недоверие авторитетам, а уж в псих- дисциплинах вообще сам бог велел сомневаться. Угу. Но со временем это приняло разрушительный характер: если сначала я просто лез вглубь первоисточников, тратя на это (достаточно бесполезное, нужно признать) занятие кучу времени и сил, то потом возникла новая проблема: я не верил даже самим «исходникам».

«А правда ли было ослепление в этом исследовании»? «А действительно ли они опросили 437 человек, а не задали вопрос пятерым из соседнего отдела, а потом растянули ответы на виртуальную выборку»? Наконец, «действительно ли экспериментальную группу кормили именно тем препаратом, который исследовали, а не чем-то другим?».

Вот тут, на этом примере очень хорошо видна нечёткость и субъективность критериев психического [не]здоровья. Ведь, действительно, доказать, что эти вопросы бессмысленны, невозможно: история знает случаи фальсификации результатов, знает недобросовестных учёных, знает, что и вполне добросовестные исследователи могут ошибаться, и некоторая степень недоверия действительно может быть оправдана.

Но, с другой стороны, бесплодность этих сомнений, невозможность сконвертировать их во что-то полезное (я же не могу вернуться в прошлое на другой континент и своими глазами посмотреть, что и как там исследовали, да и не поверю я этим самым своим глазам, даже если такая возможность у меня появится), эта бесполезность и внутренняя пустота — хороший такой критерий того, что что-то здесь не так.

Я постараюсь избегать диагнозов и терминов, осознавая, что изнутри могу что-то воспринимать не таким, каким оно является на самом деле, поэтому я не буду говорить о том, куда эти сомнения укладываются в моей модели собственного заболевания, но это однозначно не про здоровье.

Постепенно недоверие к источникам перешло на недоверие к себе. Собственно, сомнения в том, правильно ли я работаю с клиентами, правильно ли оцениваю результаты этой работы — всё это изложено в другом месте, не вижу смысла повторяться.

И, опять же, в какой-то степени это оправдано, да и видел я множество психиатров, которые никогда не сомневались в собственной правоте — я не хочу стать таким. Серьёзно, пусть меня пристрелят / отключат от интернета / иным образом изолируют от работы в сфере душевного здоровья, если я стану таким же самоуверенным ублюдком!

Но то, что было у меня, носило какой-то явно нездоровый характер. Анонимус намекнул (или мне только показалось, что там был намёк на это), что мне пора бы вернуться к живительным таблеточкам, но я не принял его точку зрения — мне казалось, что всё круто, что я прозрел, что вот именно сейчас я умею мыслить эффективно и вообще видеть суть проблем.

Во время работы с клиентами я иногда использую такой приём, чтобы заронить зерно сомнения в адекватности некоего утверждения, установки, убеждения — задаю простой вопрос: «А может ли хоть что-то убедить Вас в обратном: любая, сколь угодно фантастическая фигня сгодится, главное — чтобы Вы могли её придумать». Если нет, то, скорее всего, данное умозаключение — продукт не совсем здоровых психических процессов.

Я осознаю, что это наглый плагиат критерия фальсифицируемости, что далеко не всегда этот метод уместен, что далеко не каждому он будет полезен, и прочее, но порой он бывает весьма и весьма эффективен, позволяя за короткое время «переключить» клиента в режим более критичного отношения по отношению к каким-то своим заморочкам.

Так вот, в какой-то момент я задал себе этот вопрос: «А может ли что-то, хоть что-то, пусть для этого потребовалось бы, чтобы квартет в составе Фрейда, Шталя и Каплана с Сэдоком пропел бы тебе гимн на церковнославянском, убедить тебя в эффективности того или иного метода психотерапии или психотропного препарата?». Ответ, естественно, был отрицательным — ничто не могло меня убедить в этом.

У меня родилась (невольно улыбаюсь, когда пишу это слово, но, думаю, у читателей нет с ним таких нездоровых ассоциаций, поэтому позволю себе его употребление), родилась, возникла озарением мысль: «Чувак, ты гонишь! Единственное, что нужно сделать — принять таблетку. В принципе, даже пофиг, какую (у меня много всяких атипиков)».

Но она ушла, растворилась. Когда я попытался ухватиться за неё, перетащить из какого-то внешнего поля туда, где крутятся «мои» мысли, туда, где ей место, откуда она может командовать руками и ногами, туда, где она станет моей, когда я пытался сделать это, она разорвалась, растворилась, забылась, ушла. Я не отверг её, я не оспорил её, это больше похоже на операцию отмены, на CMD+Z, на волшебство, в результате которого и сама мысль, и все выводы временно ушли, ушли совсем, как будто их и не было никогда.

По законам жанра, недоверие к себе не должно было, не могло продолжаться вечно. Рано или поздно должен был появиться тот, кого Гарретт (вслед, кажется, за Кляйн, но у кого она скопировала этот термин и скопировала ли — я не знаю) назвал Параноидным Преследователем.

И такой преследователь появился. Собственно, тут всё банально и скучно — им стал мой самый близкий человек, человек, с которым я больше всего (даже по количеству времени, не говоря уже про глубину) общаюсь — К.

Описывать характер того, что я думал о ней в этот момент, я не буду, это затрагивает не только меня, и я считаю, что не имею права выносить это на публику, но скажу, что я чувствовал опасность, исходящую от неё, опасность если не для жизни, то для личности — точно.


Что сейчас

В течение нескольких дней какими-то плохо понятными мне методами (точнее, я знаю теорию, но я не отследил, как это было проделано со мной — настолько тонкой была работа) К. убедила меня немного пересмотреть свои установки и мысли, убедила начать принимать нейролептик.

Через два дня после начала приёма я уже смог более-менее критично относиться к тому, что со мной происходит, и составить некий список проблем (разумеется, К. мне в этом помогала, за что ей отдельное большое спасибо). Вот он, я его не редактирую, только дам некоторые пояснения для читателей, которые меня знают не настолько близко, чтобы понимать написанное без комментариев.

Итак, вот он — мой страшный список последствий (да, «после не означает в следствие», но для простоты изложения пусть они будут «последствиями», несмотря на всю условность такого обозначения) слишком раннего отказа от приёма антипсихотиков:

1. Сонливость — я снова сплю по 10 часов ночью, но при этом нуждаюсь в продолжительном дневном сне. Пирибедил перестал меня вывозить, даже в сочетании с бупропионом, по крайней мере, в моей обычной дозировке.

2. Сбитый режим дня — под разными предлогами я часто ложился под утро. Не всегда (собственно, поэтому могу утверждать, что долгого ночного сна мне не хватает), но было и такое. Раньше как-то с режимом проблем не было.

3. Утомляемость — просмотреть полуторачасовую лекцию — снова сложная, почти неразрешимая задача. Рисовашки перестали помогать, да и сложно стало рисовать как-то.

4. Какая-то херня с мышлением. Тут несколько феноменов.

Во-первых, это навязчивые фантазии. И нет бы, какие-нибудь нормальные фантазии типа «я и десять похотливых бисексуалок» или «я — властелин вселенной», но нет, меня там вообще нет. Например, я сижу и думаю, как могло бы быть организовано снабжения завода, который производит композитные материалы на основе технологии выращивания бактериальных колоний заданной формы. Не будем рассматривать, насколько такое вообще возможно (мне кажется, что это ближе к ненаучной фантастике), но, блин, это же какая-то скукотища!

Тут, конечно, можно говорить о том, что, дескать, для шизоидов это не только нормально, но и характерно, но всё равно навязчивость этих видений, сложность отвлечься от них во время чтения или разговора, тот факт, что меня буквально затягивает в них — всё это говорит о том, что где-то грань нормы уже пройдена.

Во-вторых, это «расплывания мыслей v. 2». Если раньше расплывания выглядели как распад мысли на несколько слабо связанных потоков (обычно на четыре), которые со временем теряли связь не только друг с другом, но и с исходной мыслью, а потом теряли консистентность, связность внутри себя, то сейчас это выглядит иначе — мысль распадается на какие-то штуки, которые я и описать-то не могу: это как бы мысли по форме, но совершенно лишённые содержания. Не «бред», не «какая-то хуйня», а абсолютно пустые потоки, которые, тем не менее принимают форму мыслей, воспринимаются как таковые. А потом и форму теряют, как будто исчезают, растворяются в каком-то всепоглощающем тумане, в том самом тумане, из которого рождаются озарения.

В-третьих, обрыв мыслей. Тут всё просто — дословное, буквальное совпадение со шперрунгом, как его описывают учебники.

В-четвёртых, мысли о том, что все хотят меня оскорбить, обидеть, уничтожить. Любое, буквально любое действие в отношении меня (или даже вообще ко мне не относящееся) наполняется зловещим смыслом, я ищу и нахожу доказательства того, что человек действует мне во вред.

5. Проблемы с волевой регуляцией. Читали «Пробуждения» Сакса, где он описывал своих паркинсоников, которые не могли начать действия, но могли продолжать, если действие начать за них? Вот тут что-то похожее. Адская прокрастинация на этом фоне. Ещё большее падение производительности. На этом фоне я перестал писать в бложик, в ВК и вообще. Даже рифмованные строки, которые приходили в голову, исчезали в том же самом тумане, из которого появились, не успев дойти до полного осознания.

6. Повышенная чувствительность, плаксивость. Плакать я давно разучился, но вот это состояние «мог бы — разрыдался бы» вообще по любому поводу возникает.

7. Эмоциональная холодность. Начиная с того, что меня мало тронуло спасение котёнка, организованное моей сестрой (котёнка подобрали на трассе, привезли домой, отнесли ветеринару, откормили и отдали в организацию, которая занимается такими котятами, вроде как, имеющую неплохую репутацию). Меня не тронуло спасение, не огорчило расставание. Для меня подобное не характерно. Но как-то стало сложнее эмпатировать другим. Я даже с клиентами стал ощущать этот недостаток эмпатии, а основным методом работы стала КПТ. Я её и раньше любил, но тут она стала единственным доступным мне средством, ибо я как-то позабыл эмоциональный язык, разучился его понимать.

8. Потребность разговаривать о себе, изливать душу. Навязчивая, толкающая меня на нарушение границ других людей. До полного падения (обсуждения этого с клиентами), после которого я бы вышел из индустрии, к счастью, дело не дошло, но домашних я достал основательно.

9. Страх засыпать. Я не знаю, почему, но я боюсь ложиться спать. Мне снятся кошмары (ну, или не снятся, но я их не помню), со мной ничего плохого во сне не делают, но тем не менее.

10. Потребность во вкусняшках. Не, я всегда любил что-нибудь такое сожрать, но тут это стало просто экзистенциальной потребностью, какой-то зависимостью — я готов душу за них продать.

11. Курение снова стало проблемой. Я выкуриваю по одной-две сигареты раз примерно в полчаса, и ничего не могу с этим поделать. До того, как бросить нейролептики, я мог свободно несколько дней обходиться «электронкой», сейчас «электронка» стоит без дела — мне не хватает того никотина, который она даёт (а замешать более крепкий раствор — лениво).

12. Снизилось либидо. Именно само сексуальное влечение. У меня что-то такое было на флуоксетине, но сейчас я ничего такого не принимаю. На таблетки это списать не получится. Оно не пропало совсем, но снизилось. При этом эректильной дисфункции нет, речь именно о снижении влечения, а не о физиологических проблемах.

Вот такой вот список получился. У меня есть некоторые соображения относительно того, чем это вызвано и как это фиксить, посмотрим, что получится.

Выводы, планы, ожидания

Итак, самое главное — с подачи К. я вернулся к приёму нейролептика. Без фанатизма, арипипразол 2.5 мг./сут. Больше пока смысла не вижу, моя обычная доза всегда находилась в промежутке 2.5 — 10 мг., считаю целесообразным начинать с нижней границы.

Почему арипипразол? Потому, что он умеет не только работать как антагонист дофаминовых рецепторов, но и как их частичный агонист, а это может помочь с волевой регуляцией и прочей эмоциональной холодностью.

В планах — эксперимент с другим дофаминомиметиком (кажется, пирибедил больше мне не помогает, а сильно увеличивать дозу не хочется), тут ещё буду думать.

Дальше, если не поможет, то хочу потестить имипрамин. Понимаю, что куча побочек, что, возможно, у меня будут проблемы с тревожностью (с такой способностью к ингибированию захвата норадреналина они просто обязаны появиться), но, с другой стороны, он может меня расшевелить.

А ещё он дешёвый. Возможно, более правильным было бы использовании комбинации арипипразола с сертралином, но пока что мне это не по карману. Кроме того, не скрою, есть чисто «спортивный» интерес попробовать трициклики на себе.

Вообще, в конечном итоге хотелось бы сохранить «озарения», эту способность мозга порождать какие-то нужные мне мысли, тексты, образы и прочие продукты психической деятельности, без необходимости сосредоточенной работы над ними — это прикольно просто получать готовые ответы без субъективного ощущения работы и усталости.

Но я нигде не видел ни одного исследования этой проблемы — многие больные рассказывают о чём-то похожем, о том, что из-за склонности нейролептиков убивать эту способность они (больные) эти самые нейролептики недолюбливают. Но можно ли сделать так, чтобы удержаться рядом с гранью безумия, не отходя от неё слишком далеко в сторону сумасшествия, я не знаю. Буду пробовать «поймать баланс», но не знаю, получится ли у меня.

Какие выводы я могу сделать из всей этой истории?

1. Ты можешь быть сколько угодно подкованным в теории и практике, но когда речь заходит о твоём личном психическом здоровье, ты пропускаешь самые элементарные и очевидные вещи.

2. Второе вытекает из первого. Нельзя вытащить себя из болота в одиночку. Мюнхаузен — сказочник, его метод не работает. Иногда внешний взгляд необходим, заменить его интроспекцией невозможно принципиально.

3. То, что тебе кажется повышением производительности, может быть её снижением. Не следует тут опираться на ощущения, объективные метрики (в моём случае — хотя бы количество сгенерированного текста) — тебе в помощь.

4. Игры с отменой антипсихотиков интересны, но опасны: опасны для собственного здоровья, для карьеры, для отношений с близкими. Это не означает, что «больше ни-ни», но следующую попытку постараюсь осуществить с большим количеством страховочных мероприятий.

На этом пока всё.

P.s.: Уже сам факт того, что я смог написать этот пост, воспринимается как некоторое маленькое, но всё же улучшение. Оригинал поста размещён на площадке Dreamwidth https://ya-schizotypic.dreamwidth.org/48768.html. Если есть возможность, используйте OpenID, чтобы комментировать там.


   
Tags: лытдыбр, шиза
Subscribe
promo ya_schizotypic august 12, 2016 16:22 25
Buy for 10 tokens
… или пост-прейскурант. Вот я и восстановился до того уровня, когда я могу его написать. Кратко, суть поста: предлагаю услуги психоконсультанта. О том, как именно происходит работа со мной, написано в отдельном посте. Всё-таки препараты, поддержка К., психотерапия и постоянные самокопания…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 29 comments