Псих-консультант (ya_schizotypic) wrote,
Псих-консультант
ya_schizotypic

Православный психиатОр: а кому бы поверили вы?

Помните историю про православного психиатОра? Так вот, она имеет довольно интересное (по крайней мере, для меня) продолжение. И я имею намерение это продолжение представить на суд читателей. А судить им предоставлю вот по какому вопросу: кому бы поверили вы — мне или ему?

Вообще, изначально я собирался написать, что постараюсь выдержать статью в нейтральном ключе, проявить толерантность и не называть мудаков мудаками, а идиотов — идиотами, но… Какого, собственно, чёрта! Это мой личный днявчик, и я имею полное право в его рамках высказывать те мнения, которые приходят в мою [не совсем здоровую] голову. Т.е. объективность изложения фактов я постараюсь обеспечить, но отказываться от эмоциональности и предвзятости оценок — не стану.

Итак, поехали!

Собственно, после нашей первой встречи я решил, что больше к этому мудаку не пойду. Не могу сказать, что то, что я пережил там, было для меня самой большой психотравмой в жизни, но, так или иначе, далась мне та беседа (несмотря на ироничный тон соответствующего поста) довольно тяжело.

Дело в том, что у меня есть проблемы с базовым ощущением аутентичности. Как-нибудь честно напишу подробный пост на эту тему, а пока изложу кратко: поскольку с аутентичностью проблемы, я никому не верю. Ну, не то что бы совсем, но любой установленный факт у меня может быть поставлен под сомнение. Проблема идёт из глубокого детства, усугублена она была предательством женщины, с которой жил, и которая была последним человеком, которому я на тот момент решился поверить, но не суть…

А суть в том, что это неверие распространяется в т.ч. и на себя самого. Т.е. если, например, я вчера ходил вечером в магазин, и мне долго и увлечённо доказывать, что этого не было, я могу на полном серьёзе в этом засомневаться. Ну-не-верю я собственной памяти. И собственным ощущениям. И собственным глазам. Это порождает довольно много проблем — всё приходится перепроверять, на что уходит много энергии, возрастает тревога, да и вообще начинаешь чувствовать себя как-то неуютно, но не о том речь.

Так вот, в силу этих самый проблем с аутентичностью меня некоторое время нехило так колбасило на тему: а вдруг он прав? Ну, всё-таки доктор, там, успешный, опять же. А я — просто неудачник, ни на что не способный. Так может, он был прав, а я — нет? К счастью для себя, сомнения эти были преодолены, но, как говорится, осадочек-то остался.

Так вот, ввиду наличия весьма неприятного опыта общения с этим экземпляром, я старался к нему больше не попадать. Проблема только в том, что мой участковый психиатр — именно он, и меня, не спрашивая, записывают к нему. Автоматически.

Но, как это часто бывает, бабло победило зло: я просто стал ходить на платный анонимный приём (именно так у меня и появилась вторая карточка в ПНД) к другим врачам.
Потом было много разного: я два раза отлежал в дурдоме, познакомился с К., начал изучать психофарму и т.д. И вот, понадобился мне рецепт, уже не помню на что — то ли на гидроксизин, то ли на венлафаксин (в то время я ещё допускал возможность того, что он может мне помочь).

У меня была бумажка из дурдома, на которой было написано, грубо говоря: «Выдать Пупкину Виталию рецепты на такие-то и такие-то таблетки». Я не знаю, зачем так сделано, но врачи в психушке могут кормить пациента таблетками только в рамках своего заведения, при выходе же в мир нормальных, он должен пойти в ПНД и обменять эту бумажку на рецепт у своего психиатра.
Ну, т.е. у православного психиатОра, в моём случае, ага.

И, вот, приехал я во Владивосток, и решил-таки сходить — обменять эту бумажку. Тут нужно сделать два важных отступления:
• Во-первых, у меня тогда ещё не было бупра, милнаципрана и других замечательных вещей, а значит, депрессия была довольно сильно выражена: мне было тяжело двигаться, я был астеничен и взрывался по каждому мелкому поводу.

• Я решил сэкономить. Я не работаю, денег больше не становится, а операция, вроде, простейшая — отдать одну бумажку, забрать другую. Ну, и попутно попросить рецепт на амисульприд, который в бумажке не указан, но которым меня активно кормили в психушке, о чём есть соответствующая запись в истории болезни.

В общем, показалось мне тогда, что нет смысла тратить деньги на другого врача, и этот придурок вполне справится с такой простой задачей.

Ага, как же!

Собственно, после того, как я зашёл в кабинет и кратко изложил цель своего визита, он учинил «клиническую беседу». К сожалению, я не помню её настолько детально, чтобы воспроизвести дословно, но суть передать вполне способен.

Он спросил у меня, в чём моя проблема, и я честно ему ответил — в том, что не могу работать. На что он начал рассказывать о том, что он-то может. Что он может не только работать, но и содержать семью, что у него хватает сил на жену и детей, что у него остаётся энергия на то, чтобы ходить после рабочего дня в спортзал, а я — просто никчёмный неудачник, поскольку не хочу быть таким, как он.

Я попытался возразить (точнее, не так, совсем таким, как он, быть я действительно не хочу, но, вот, работать и тренироваться после работы — было бы весьма неплохо), но встретил ещё больший поток восхваления себя.

Заканчивалась тирада о Великом И Прекрасном Человеке-Удачнике, коим он изобразил себя, фразой о том, что я «просто недостаточно хочу».

И вот тут меня сорвало (я выше писал, что был очень, очень слаб): я решил ему показать, что хочу я вполне достаточно сильно, и с этой целью начал избивать себя. Собственно, логика такая: я хочу настолько сильно, что готов сам дать себе люлей, чтобы заставить начать что-то делать, но они уже не помогают. Дофамин-зависимая депрессия — non peinis canis est.

А он, сука, смотрел на это, ухмылялся и говорил, что я бью недостаточно сильно…

Прошло время. Много времени. Я пропил курс психофармы. Я прошёл много сессий психотерапии. И вообще неплохо так оклемался. И отношение к произошедшему тогда несколько изменилось с «он прав, он охуенен, а я — нет» на «а какого, собственно, хрена он вообще реализовывал на мне свой нарциссизм?! Ведь то, что я — отстой ещё не даёт ему права издеваться надо мной вместо того, чтобы делать свою работу».

Тем временем, мой психиатр-психотерапевт (не тот мудак, а нормальный врач, у которой я сейчас консультируюсь) выписала мне «Лирику» (прегабалин). А это, как у нас считается, страшный-страшный наркотик, который в аптеках и с рецептом-то не любят продавать, а уж без… В общем, это не агомелатин, чтобы его купить, нужна бумажка, да ещё, желательно, и настоящая.

А поскольку она (психиатр-психотерапевт, дальше будет просто Т.В.) в отпуске, и все её нормальные коллеги — тоже в отпуске, то рецепт должен был выписать именно он, православный психиатОр. Просто потому, что больше некому.

И вот, поехали мы с К. рецепт получать. Тут нужно сказать, что она уже давно хотела с ним пообщаться и посмотреть на его передовые методы работы с пациентами.

Зашли мы к нему. Первым делом он накинулся на К., пытаясь её выгнать. На что она спокойно сказала, что никуда уходить не собирается, а если я не против, то и выставить её не получится. Разумеется, я не был против её присутствия.

Минут 15 он донимал её бессмысленными вопросами и репликами, периодически запуская нудную мантру «вымешаетеработать». При том, что К. вообще тихо сидела рядом и не заговаривала до тех пор, пока он к ней не обращался.

Потом он начал трясти меня по поводу того, зачем она здесь. Я сказал, что я без неё его боюсь. На тот момент это, скорее, не было правдой, всё-таки под адским коктейлем из бупра с милнаципраном у меня стеничности прибавилось, но, вот, в первые два раза присутствие кого-то рядом действительно было мне необходимым.

К. заявила, что не доверяет меня человеку, который доводит больных до приступов, и вообще считает его некомпетентным, а потому будет следить за ходом беседы. Я вежливо поддакнул. Вообще, я решил изображать себя-в-прошлом-состоянии, просто чтобы посмотреть, как этот гад будет себя вести.

И тут он заявил, что ничего не было. Ничего! И про бога он мне не лечил полтора часа. И избивать себя я стал не потому, что он — мудак, а потому, что у меня, дескать, болезнь такая. Ага, болезнь. Но почему-то на приёме у других врачей у меня приступы не случаются, хотя я много у кого был.

И вообще, это была когнитивная психотерапия. Тогда К. поинтересовалась, а есть ли у него, собственно, сертификат психотерапевта и когнитивно-поведенческого терапевта. Он сказал, что есть. Я попросил предъявить, на что он начал мяться и, как говорят в нашей подворотне, съезжать с темы.

Из этого мы сделали вывод о том, что сертификата такого у него нет, и написали заявление, в котором попросили это пункт прояснить. Вот оно, собственно:



Рис. 1 — заявление с просьбой предоставить информацию о квалификации православного психиатОра. Я буду замазывать имя-фамилию этого мудака, чтобы не опускаться до его уровня, так что прошу читателя простить меня. Но если вам нужно знать – пишите в личку, я понимаю, что пациенты имеют право знать, к кому не стоит ходить.

Естественно, как мы и предполагали, никакого сертификата у него нет, о чём уклончиво сообщается в официальном ответе. Вот он:



Рис. 2 - официальный ответ на заявление.

Собственно, оцените, как одна сука покрывает другую мразь: нет бы написать по пунктам, как были заданы вопросы, что так, мол, и так, врач Хуйкин психотерапевтом не является и пиздит, как сивый мерин, так нет же, заявление вообще не отвечает на поставленные вопросы. Но это не важно, важно, что сертификатов у него нет. Точнее, нет, конечно же это важно: по факту отписки, не отвечающей на суть вопроса, я напишу заявления в РосЗдравНадзор и Краевой департамент здравоохранения уже на саму заведующую (ибо нехуй!), но это будет потом.

А пока мы знаем, что г-н православный психиатОр спизднуть далеко не дурак.

Собственно, чтобы обсудить последний тезис (а также по своим личным делам) мы с К. вновь приехали во Владивосток и зашли в ПНД. Забрали официальный ответ, дождались времени приёма заведующей (точнее, её И.О., но это не важно) и пошли разговаривать.

И.О. попросила К. выйти. Попросила довольно вежливо, и, видимо поэтому, она согласилась. Я остался один на один с И.О., изложил ей суть претензий: какого хрена ваш православный психиатОр в рабочее время парит мозг пациентам про религию, а потом доводит их до срывов.

И.О. вызвала его, они о чём-то долго говорили, а потом позвали меня. И, собственно, там он начал втирать, что ничего этого не было, а я всё это придумал. А И.О. поддакивала, как она сказала: «Есть доктор, он говорит то, что объективно, а у тебя воображение разыгралось». Т.е. вот так вот. Есть «доктор» (по отношению к нему без кавычек не могу, уж простите), и он прав — просто в силу своей «докторности». А есть я. И я неправ, просто в силу своего диагноза.

Разговор я записал на диктофон, о чём честно их предупредил, правда, они почему-то после этого предупреждения захотели меня выставить, но я им объяснил, что так лучше не делать. Кстати, в следующий раз собираюсь на камеру снимать.

Ещё они говорили, что он меня не доводил, а, опять же, я это придумал, что издеваться надо мной (ой, простите, «применять методы психотерапии») он имеет полное право, и вообще — он д’Артаньян, а я… Ну, из тех, кто обычно его окружает.

В общем, ушёл я оттуда ни с чем. Пока мы общались с К. в коридоре, из двери заведующей вышел православный психиатОр и предложил поговорить. Мы подошли к его кабинету (все втроём, увидели, что там образовалась очередь). Православный психиатОр попросил подождать, пока он будет ставить людям печати для комиссии, мы согласились.

Через некоторое время он вышел из кабинета и с апломбом заявил: «Я уделю вам десять минут». Хуй тебе на воротник! Уделятель нашёлся. Это мы будем так добры, что соизволим с тобой поговорить.

В кабинете он начал нести какую-то ахинею о том, что «давай поговорим по-простому, безо всяких этих ваших». Я, естественно, отказался. По-простому пусть в подворотнях с себе подобными общается. Спросил, хочу ли я, чтобы он извинился за то, что, по-моему, он сделал. Я сказал, что нет. Я хочу извинений за его действия безо всяких «по-моему» и прочих оговорок.

К. включила диктофон. Он сразу замялся и поспешил распрощаться. Перед тем, как сделать это, мы попросили его выдать мне мою карточку, на что он заявил, что карта выдаётся только по запросу прокуратуры или суда (что неправда).

В общем, в сухом остатке:
• Меня выставили психом (большим, чем я являюсь на самом деле), и я ничего с этим не могу сделать;

• У меня есть запись диктофона, где он говорит, что он — психотерапевт с сертификатом по КПТ и официальный ответ на моё заявление, где говорится, что нихуя не так. Т.е. он врёт, и я могу это подтвердить;

• Я написал пять новых заявлений на имя заведующей:

o По поводу того, что он не дал мне мою карточку и соврал насчёт необходимости запросов;

o По поводу того, что он применял ко мне «психотерапию» (в кавычка — потому, что я знаю, что такое психотерапия), и он не предупредил меня о возможных рисках, один из которых прямо там и реализовался (мой приступ). Дело в том, что есть закон, по которому он был обязан меня предупредить перед рискованным мероприятием;

o По поводу того, что он мне соврал насчёт своей квалификации;

o По поводу того, что он мне «тыкал», несмотря на мои неоднократные просьбы обращаться вежливо и на «Вы» (имею право);

o И, наконец, по поводу того, что мне нужна заверенная копия моей медицинской документации (карточки и прочей фигни).

Все эти заявления снабжены ссылками на точные номера статей законов и иных нормативных актов, по которым я имею право на то, что требую. Собственно, я не строю себе иллюзий по поводу возможности нормальных ответов: более, чем уверен, будут такие же бесполезные отписки, но они-то мне и нужны.

С этими отписками очень удобно ходить по вышестоящим организациям, они любят дрючить больницы за отписки. Но это — следующий этап.

А вообще, я зол. Мало того, что меня не воспринимают просто потому, что я сижу с другой стороны стола (такое уже было, когда я пытался донести лечащему врачу в дурке, что мне достаточно агомелатина, и нафиг не нужны СИОЗСы, он кивал головой, но в итоге назначил мне именно их, и я задолбался восстанавливаться после этого «лечения»), так ещё и этот урод остался безнаказанным.

А ведь к нему приходят гораздо более уязвимые люди, чем я. И он реализует на них свои комплексы. И они ничего не могут с этим сделать — вот это-то и страшно.
Я попробую пойти по инстанциям. Моя программа-минимум — получить от православного психиатОра официальные извинения. Максимум — лишить его лицензии. Посмотрим, что из этого получится реализовать.

Ну, а к читателям у меня всё тот же вопрос, который был указан в первом абзаце: а кому бы поверили вы?



   
Tags: Вопрос к читателям, Идиоты, ПсихиатОры
Subscribe
promo ya_schizotypic august 12, 2016 16:22 25
Buy for 10 tokens
… или пост-прейскурант. Вот я и восстановился до того уровня, когда я могу его написать. Кратко, суть поста: предлагаю услуги психоконсультанта. О том, как именно происходит работа со мной, написано в отдельном посте. Всё-таки препараты, поддержка К., психотерапия и постоянные самокопания…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 20 comments